Не оставить ни пылинки

"Live fast, die young, leave no corpse", гласит девиз молодежной группы, члены которой ставят своей целью добиться полного уничтожения или подмены. Речь идет о подменыше или доппельгенгере (двойнике), ведь каждый человек от рождения наделен правом на то, чтобы умереть в колыбели, а если этого не произошло, то, считают искатели подмены, что-то пошло не так. Прожить как можно меньше, не согласиться ни с чем и исчезнуть, чтобы оставить после себя только пустое, немного теплое, но быстро охладевающее место.

-Не в наших интересах оставлять после себя что-то красивое, например, красиво подвешенное на ксенобитских крючьях тело или удачно сложенный пепел. Напротив, мы хотим распада субатомных, субгравитонных связей, чтобы остался только вакуум. - Объясняет член группы стремящихся к подмене. Он с неохотой отвечает на вопросы журналиста, потому что, с точки зрения стремящихся к подмене, информация в прессе может оставить исторический след, что противоречит доктрине бесследного исчезновения. Он согласился на интервью только после того, как корреспондент Протоколов Кобыл позволил завязать себе глаза.

-Вы полагаете, что останетесь в истории, - с осторожной улыбкой продолжает он, - а ведь вся история находится "на вашей каминной полке" в той же шкатулке, откуда вы черпаете мечты. Так где же вы предполагаете оставить свой след? Вот о чем стоит подумать.

Стремящиеся к подмене уверены в том, что окружающий нас мир является результатом широкомасштабной подтасовки. Общая численность населения Земли составляет не более десяти тысяч человек, живущих на отдельных островах и объединенных одной мечтой.

-Это легко доказывается статистикой... не той, которая создается общими усилиями, а транслирующей точку зрения третьей стороны. - Рассказывает респондент. - Подсчитайте количество лиц, которые вы спобны оценить как наделенные индивидуальными чертами. Это число предельно мало и на протяжении десятилетий оно не меняется. Посмотрите, у меня есть вебсайт и двадцать лет тому назад количество уникальных посетителей на нем было таким же, каким остается сегодня. Так кто же все эти таинственные люди, представляющие статистическую массу лавинообразного роста общего числа пользователей всемирной сети? Если бы их число имело под собой реальную почву, то статистически должно было расти и число тех, чей круг интересов совпадает с идеологией искателей подмены.

Протоколы Кобыл согласны с этой необычной, но аргументированной точкой зрения.

-Проблема в том, что наше пребывание здесь становится результатом странной, противоестественной ошибки. Мы должны были умереть в колыбели и вместо нас здесь должны были находиться клоны, можете назвать их механизмами, роботами или големами, не суть. Существует вероятность того, что мы неким образом отстали от поезда и сейчас в нашу задачу входит только одно: привлечь внимание вагоновожатого или, если не выйдет, служащих вокзала. Пусть вызовут нам такси, потому что мы не какие-нибудь безбилетники. Мы пришли и стояли на перроне, улыбаясь и готовясь к тому, чтобы приятно провести время в обществе Русалок, Колыбельных демониц и Мар, и, черт возьми, это наше законное право.

-Тысяча чертей! - Повторяет искатель подмены, решительно рассекая воздух ладонью. Затем чертит указательным пальцем девятиконечную звезду. Улыбается.

-На самом деле следует говорить девятьсот, девяносто и девять чертей. - Поясняет он немного смущенно.

Эти молодые люди и девушки настроены серьезно, что демонстрируется и их лексикой. Немногие из россиян сегодня способны ругаться по-старинке, дедовскими методами и без использования выхолощенного мата. "Гром и молния", "тысяча чертей", "да провалиться мне", эти суровые, патриархальные и сказанные с расстановкой слова звучат в их устах почти музыкально и сразу располагают к себе.

Молодой человек приглашает нас следовать за ним. Впрочем, о его "молодости" можно судить лишь по едва уловимым признакам поведения, а в остальном возраст остается для окружающих загадкой: русая борода, тонированные очки и плотный капюшон с тремя прорезями для глаз, все это затрудняет биометрический контроль.

-На камерах я выгляжу как размытое пятно. Мы не противники современных технологий и у нас есть кое-какие излучатели помех. - Поясняет искатель подмены. Мы оказываемся на улице красных фонарей, где искатели облюбовали логово - это застекленная, открытая для посторонних глаз клетушка, арендованная у местных наркобаронов. Однако, на улицу из этой "витрины" попадает только мутный свет, а если приглядеться внимательнее, то вы почувствуете головокружение и непреодолимое желание забыть об увиденном. Искатели задействуют оптические системы и излучатели электро-магнитных волн, современные технологии психотронного воздействия на подсознание.

-Знакомьтесь, Света, мы называем ее Светотьма. У нас в организации есть ранги, я простой морпех, а вот Светотьма предполудница. - Нам представляют молодую девушку в черном облегающем костюме: напичканный электроникой корсет, сетчатые чулки и высокие сапоги на каблуках. И непременные тонированные очки. Девушка скептически оглядывает нас, делает какие-то заметки, а потом рисует каблуком полукруг. Нам объясняют, что Светлана или, правильнее, Светотьма, практически достигла распада и находится на пороге полной подмены. Видеть ее могут лишь немногие.

Светотьма раскладывает в воздухе невидимые предметы, затем присаживается на пол. Деликатно отодвигается, приглашая кого-то занять место рядом. Затем неожиданно исчезает. Над полом проносится суховатый ветерок, совсем слабое дуновение. В этой тесной городской клетушке нам чудится запах земли и пшеницы - только на один миг.

-Вот и все. - С оттенком неподдельной зависти говорит наш провожатый. Светотьма стала одной из тех, которые ушли, не оставив после себя ни пылинки.